Дорога, которой нет конца:
Китай.
Южная Корея

Долог, долог мой путь, далёк, далёк он; вверх и вниз, туда и сюда, я буду искать.
Цюй Юань, «Лисао»
На Востоке к дороге всегда относились по-особому. Там не спрашивают, скоро ли кончится путь, — там спрашивают, заметил ли ты, что растёт у обочины.
Дорога для восточного человека — не линия на карте, а собеседник: она учит терпению, учит смотреть по сторонам, учит не торопиться.
И тот, кто хоть раз прошёл по ней не спеша, навсегда меняется — начинает видеть больше, слышать тоньше, дышать глубже.
Наверное, поэтому путешествие на Восток — это не столько про города и страны, сколько про самого себя.
Группа путешественников «Чинкве Терре» отправилась в осеннее странствие на Восток, чтобы увидеть всё своими глазами: от древних стен Пекина до стеклянных небоскрёбов Сеула, от тихих вод Чжуцзяцзяо до шумных улочек Пусана.
Главный рассказчик этого путешествия Закутаева Лидия Романовна — человек с внимательным, тёплым взглядом на мир, для которого дорога давно стала привычным собеседником.
Она умеет замечать то, что обычно проскальзывает мимо: запах уличной еды, шум моря за стеклом канатной дороги, тишину чайной церемонии.
Её рассказ — это личная история, в которой каждая остановка становится маленьким открытием, а обыденное превращается в поэзию.
Недавно я вернулась из поездки по Китаю и Южной Корее — и до сих пор нахожусь под огромным впечатлением. Столько ярких эмоций, что рассказать обо всём коротко просто не получится.
А вообще Китай — это прежде всего запахи и ритм. Идёшь по узким переулкам-хутунам, а над головой висит тёплый пар от котлов, пахнет жареным мясом с тмином и свежими лепёшками.
Рядом неспешно пьют чай, кто-то торопится по делам, велосипедист звенит на повороте — и всё это живёт одновременно, не мешая друг другу.
Начали мы с Пекина. Очень впечатлили меня Великая Китайская стена, Запретный город, императорский сад и Летний императорский дворец.
Стена, кстати, тянется на многие тысячи километров: стоишь на ней и понимаешь, что эти камни помнят два тысячелетия.
Она вьётся по горам, как огромный каменный дракон, и кажется, что ей нет конца.
Идёшь по ней, а под ногами — неровные плиты, нагретые солнцем, ветер свистит в ушах, и пахнет старой пылью и сухой травой.
Говорят, её строили больше двух тысяч лет, и на ней работали сотни тысяч людей. Стоишь и думаешь: сколько же рук её касалось, сколько ног прошло по этим камням…
А в Запретном городе, говорят, почти девять тысяч комнат — заблудиться проще простого!
Но есть там императорский сад — тихий, спрятанный за стенами. И главное в нём — камни: серые, покрытые мхом и трещинами, они стоят причудливыми группами, и пахнет сыростью и старой землёй.
Идёшь между ними и понимаешь: вот она, восточная мудрость — умей остановиться и просто смотреть на камень.
Гуляешь по улицам, а навстречу — люди в национальных нарядах, и кажется, что вот-вот встретишь императора.
А Летний императорский дворец — это совсем другая история. Если Запретный город оглушает своей мощью и строгостью, то здесь, кажется, само время замедляется.
А вокруг озеро Куньмин, огромное, спокойное, с лёгким ветерком. Пахнет водой, нагретым камнем и цветущими деревьями. Где-то вдалеке виднеются холмы с пагодами, и кажется, что ты попал в старую китайскую картину.
Но больше всего меня впечатлила Мраморная ладья - необыкновенный павильон на берегу озера. Там отдыхала императрица. Представляете, какая красота?
Она стоит у самого берега — огромная, каменная, с двумя ярусами и резными окнами. В облике Мраморной ладьи чувствуется дух восточной философии. Она ведь не плывёт никуда. Она просто стоит. Как будто кто-то очень мудрый решил: не обязательно спешить, чтобы быть счастливым. Иногда достаточно просто остановиться и смотреть на воду.
Очень запомнилась чайная церемония: сидишь, никуда не спешишь, а чай раскрывается постепенно, чашка за чашкой.
Китайская еда — это отдельная тема, не всё для нас привычно, но попробовать хотелось всё. Особенно понравилась утка по-пекински — её тут готовят по особым правилам, и вкус совсем не такой, как у нас.
А вообще, на Востоке к еде относятся не просто как к способу утолить голод, но и как к важной части культуры. Тут верят, что в пище есть своя гармония — вкус, цвет, запах должны уравновешивать друг друга.
Пахнет на улицах так, что голова кружится: то пряностями, то жареным тестом, то свежей зеленью. И кажется, что весь город живёт вокруг этих котлов и противней.
За едой здесь не спешат. Сидят долго, пробуют, делятся друг с другом, и разговор течёт так же неспешно, как чай из чашки.
Может, в этом и есть главная восточная мудрость: еда — это не просто топливо, а повод остановиться, почувствовать вкус жизни и побыть рядом с другими.
Потом была Южная Корея. Сеул — город, из которого не хочется уезжать.
Поразил главный дворец Сеула Кёнбоккун: рассматриваешь резные украшения, а вокруг гуляют такие принцессы, что камера сама поворачивается вслед. Дворцу больше шести веков, и он до сих пор выглядит величественно.
Его построили в 1395 году, при основателе династии Чосон. Потом дворец сожгли, и он стоял в запустении почти триста лет — пока его не восстановили в 1860-е. Стоишь среди этих красных колонн и зелёных черепичных крыш и думаешь: сколько же всего он пережил…
Выходишь к пруду — и замираешь. Посреди воды стоит павильон Кёнхверу, лёгкий, на каменных столбах. Вода гладкая, как зеркало, и в ней отражается всё: крыша, небо, облака. Когда-то здесь устраивали пиры для королей и иностранных гостей.
Стоишь на берегу, ветер слегка рябит воду, и время будто останавливается. Вот она, восточная мудрость: не обязательно спешить, чтобы почувствовать красоту. Иногда достаточно просто смотреть на отражение в пруду.
А потом просто гуляешь по дворцовым дворам, слушаешь, как ветер шуршит по черепице, и понимаешь: этот дворец — не просто музей. Он живой. И дорога через него — это тоже путь, только не в пространстве, а во времени.
Но Сеул — это и город, который живёт будущим. Стоит отойти от дворца — и ты уже среди стеклянных небоскрёбов, огромных экранов и огней, которые не гаснут до утра.
И в этом контрасте есть что-то очень восточное: прошлое и настоящее не спорят, а живут рядом, как соседи.
Очень понравилась набережная ручья Чхонгечхон. Представьте: когда-то его закатали под асфальт и построили сверху скоростную дорогу — город так спешил в будущее, что замуровал собственную историю.
А потом, спустя десятилетия, эту дорогу снесли, и ручей снова увидел небо.
И теперь здесь пахнет водой и камнем. Идёшь по набережной, а рядом — старинные мосты, которым больше шести веков. Их когда-то погребли под землёй, а теперь вернули людям.
И понимаешь: вот она, восточная мудрость — не обязательно всё время бежать вперёд. Иногда нужно остановиться, снять с себя лишнее и просто послушать, как течёт вода.
А смотровая площадка Seoul Sky — это что-то невероятное! Под ногами прозрачный пол, вокруг — стекло от пола до потолка, а под тобой — сотни метров и весь город.
Вид со смотровой площадки на высоте 486 метров. Красота неописуемая. Ощущение такое, что дух захватывает.
Смотришь вниз — и кружится голова, а смотришь вдаль — и виден весь Сеул: и река Ханган, и мосты, и горы на горизонте.
Зашли мы и в Starfield Library — «Звёздное поле», как называют её корейцы. Она находится в центре торгового комплекса COEX, и когда входишь туда, первое, что чувствуешь, — это запах новых книг и кофе.
Стеллажи уходят куда-то вверх, под самый потолок, и кажется, что ты попал в огромный книжный храм. Можно сесть с книгой, устроиться поудобнее, выпить кофе — но телефон всё равно достаёшь первым делом, очень уж хочется это снять.
И знаете, в этом есть что-то очень восточное: даже в самом современном месте нашёлся уголок для тишины и размышлений.
А в квартале Мёндон можно и одежду купить, и уличной еды поесть — глаза разбегаются! Здесь жизнь кипит до поздней ночи.
Дальше был Кёнджу. Кёнджу не зря называют «музеем под открытым небом» — здесь столько старины, что глаза разбегаются. Гуляешь по улицам, а вокруг — памятники, которым больше тысячи лет, и многие из них охраняет ЮНЕСКО.
И вот среди этих древностей стоит храм Пульгукса. Говорят, его основали ещё в 528 году, а потом, в VIII веке, отстроили заново — и с тех пор он живёт, дышит и принимает путников.
К храму ведёт дорога вверх, между старыми деревьями. Поднимаешься неспешно, а вокруг — тишина, только птицы поют да ветер шумит в листьях. И чем выше, тем легче становится на душе, будто вместе с высотой уходит всё лишнее.
Говорят, когда-то здесь жил мудрый человек, который построил этот храм для своих родителей. И в этом тоже есть что-то очень восточное: не забывать тех, кто был до тебя. Дорога — она ведь не только вперёд ведёт, но и назад, к корням.
А потом спустились в грот Соккурам. Внутри, в тишине и полутьме, сидит Будда — огромный, вырубленный в граните больше двенадцати веков назад.
Правая рука у него опущена к земле — жест, которым он касается земли, призывая её в свидетели своего просветления. А левая лежит на коленях, в покое и созерцании. Смотришь на эти руки — и понимаешь: вот она, восточная мудрость. Одна ладонь тянется к земле, другая остаётся в тишине.
Дальше дорога привела нас в Пусан — второй по величине город Южной Кореи, главный порт страны — он оставил незабываемые впечатления.
Здесь море и город встречаются вплотную: вдоль побережья стоят стеклянные небоскрёбы, а за ними открывается такая даль - не оторвать глаз.
Днём всё сверкает на солнце, а вечером загораются огни, и город становится похож на огромную светящуюся шкатулку.
Очень понравилась Культурная деревня Камчхон, которую за разноцветные домики, живописно расположенные на склонах холмов, прозвали корейским Санторини.
Можно часами бродить по извилистым улочкам, разрисованным граффити и муралами, искать маленькие галереи и кафе, спрятанные в самых неожиданных уголках.
А Маленький принц здесь словно живёт повсюду: то выглянет со стены дома, то мелькнёт на ставне, то притаится на ступеньке. Его и Лиса здесь рисуют везде — на фасадах, на дверях, на камнях. Кажется, что ты попал в его маленькую вселенную, где всё просто и по-настоящему.
И знаете, в этом есть что-то очень восточное: не нужно искать сокровище где-то далеко — оно рядом, стоит только внимательнее посмотреть по сторонам.
Незабываемой была и канатная дорога Сондо: кабинки там со стеклянным полом! Она тянется больше чем на полтора километра прямо над морем, и с высоты восьмидесяти шести метров открывается такая панорама, что замираешь на месте.
Под ногами — бирюзовая вода, волны плещутся прямо под стеклом, будто ты паришь над морем. А вдалеке — остров Ёндо, скалистые утёсы и разноцветные домики, разбросанные по побережью. Смотришь в одну сторону — горы, в другую — бескрайняя синева и проплывающие лодки.
Вот она, восточная мудрость: иногда, чтобы увидеть больше, нужно просто подняться выше и остановиться на мгновение.
А наверху, на станции Сондо Скай Парк, есть смотровая площадка Sky Harbor Observatory. Поднялись — и замерли: весь Пусан как на ладони, и порт, и море, и горы вдалеке. А вокруг — Маленький принц: скульптуры, фигурки, целая тема.
А как приятно проехать в экскурсионном вагоне Blue Line вдоль моря: едешь, а за окном одна вода и скалы.
А ещё рядом есть стеклянный мост Сондо Ёнгун — его называют «Драконьим облачным». Идёшь по прозрачному настилу, под ногами волны, а вокруг такая ширь - словами не передать.
Остался в памяти навсегда и буддийский храм Хэдон Ёнгунса — единственный в Корее, который стоит не в горах, а прямо у моря, на скалах. Шум волн слышно у самых стен, и кажется, будто храм вырос из камня сам, без чьей-либо помощи.
Говорят, больше шести веков назад монаху Наону во сне явился морской дракон и повелел построить здесь храм, чтобы люди обрели мир и покой. С тех пор это место считается особенным: верят, что если искренне попросить, одна заветная мечта обязательно сбудется.
К храму ведут 108 каменных ступеней, и с каждым шагом будто становится легче — говорят, они смывают мирские страсти и желания, мешающие достичь просветления. Спускаешься вниз, а впереди уже блестит море, и ветер приносит солёные брызги.
А ещё там есть золотая свинья удачи. Говорят, если потереть её по брюшку, она принесёт финансовое благополучие. Люди подходят, гладят и загадывают желания — и знаете, в этом есть что-то очень восточное: не просто попросить у неба, а сначала сделать маленький шаг самому.
Над морем возвышается десятиметровая статуя богини Гуаньинь — её видно издалека, и кажется, что она смотрит прямо на волны, охраняя это место. Стоишь рядом и чувствуешь: вот она, восточная мудрость — не обязательно куда-то спешить, чтобы быть под защитой. Иногда достаточно просто прийти к морю и остановиться.
Какое же море без свежей рыбы! Мы отправились на самый известный рыбный рынок Пусана. Походили по рынку, смотрели на прилавки со свежей рыбой и морепродуктами, а потом пообедали в кафе, где готовят только что пойманную рыбу.
Из Пусана мы вернулись в Китай.
Шанхай — крупнейший по численности населения город мира, который притягивает к себе путешественников со всего света. И знаете, он поражает своим ритмом: здесь всё живёт одновременно — старинные улочки соседствуют с небоскрёбами, неспешные прогулки со спешащими по делам людьми, а восточная традиция с западным укладом. И всё это не мешает друг другу, а словно дополняет одно другое.
Очень понравилось посещение Китайской Венеции — исторической деревни на воде Чжуцзяцзяо. Ей, между прочим, около семисот лет, а через каналы перекинуто больше тридцати старинных мостов.
Здесь Шанхай будто замедляет время: узкие улочки у воды, деревянные лодки, красные фонари — и тишина, такая непривычная после городского шума. Пахнет речной водой, старым деревом и чем-то сладким — то ли от рисовых лепёшек, которые жарят тут же, на углу, то ли от цветущих деревьев. Где-то стучит по дереву лодочник, где-то плещется вода, и кажется, что ты попал в другую эпоху.
Над каналами перекинуты мосты — горбатые, каменные, с замшелыми ступенями. Мы прошли по одному такому, погуляли в Саду Кэчжи, а потом прокатились на лодке по каналам. С воды всё выглядит совсем иначе: дома стоят прямо над водой, их стены отражаются в ней, и не поймёшь, где кончается берег и начинается отражение. А ещё здесь живут люди: прямо в этих старых домах кто-то развесил бельё, кто-то пьёт чай у окна, кто-то неспешно идёт по мосту. И понимаешь: это не декорация для туристов, а живая история, которая продолжается каждый день.
А ещё мы побывали на фабрике сучжоуского шёлка. Знаете, это оказалось настоящим открытием! Сначала нам рассказали, как из крошечного кокона получается тонкая, блестящая нить, а потом показали, как эту нить превращают в полотно.
Пахнет там по-особому — тёплым волокном и чем-то сладковатым, а под пальцами шёлк такой гладкий и прохладный, что не хочется отпускать. Говорят, сучжоускому шёлку уже больше тысячи лет, и его когда-то ценили наравне с золотом. Стоишь среди этих рулонов и думаешь: вот она, восточная мудрость — терпение и труд превращают маленький кокон в настоящее чудо. И всё это не спеша, шаг за шагом, как и сама дорога.
Побывали и в Саду Юйюань — тихом уголке в стиле Цзяннань, спрятанном среди шумных улиц. Белые стены, чёрная черепица, извилистые дорожки вдоль воды - и за каждым поворотом открывается новая живописная картина.
А в храме Нефритового Будды нас поразили две статуи, вырезанные из цельного куска белого нефрита. Стоишь рядом и чувствуешь: вот она, восточная мудрость — даже в самом шумном городе есть место тишине.
А потом мы поднялись на Шанхайскую башню. Её смотровая площадка «Вершина Шанхая» находится на 118-м этаже, на высоте 546 метров, и оттуда открывается панорама на 360 градусов. Смотришь вниз — замирает сердце: весь город как на ладони, и старый, и новый, и река, и небоскрёбы, и где-то далеко — те самые каналы, по которым мы только что плыли.
А вечером мы поплыли на теплоходе по реке Хуанпу — огни отражаются в воде, и от этого зрелища просто не оторвать глаз. Отличное завершение поездки!
Короче, впечатлений масса, всего передать словами невозможно. Чтобы убедиться в этом, нужно отправиться в путешествие и увидеть всё своими глазами. Поверьте, этот маршрут стоит того!
В этих строках живёт то, что Паустовский называл «пылинкой дальних стран» — та самая малость, из которой рождается любовь к дороге.
Это ведь не о том, сколько вёрст осталось позади и сколько пунктов удалось вычеркнуть из списка.
Это о том, как однажды утром ты вдруг ловишь себя на мысли, что вспоминаешь вкус пекинской утки или звон велосипеда в хутунах, — и понимаешь, что Восток уже поселился где-то внутри.
Мне запомнилась одна восточная мысль: путь не проложен заранее — он появляется, пока ты идёшь.
И важно не то, сколько успел увидеть, а само движение — запахи, звуки, случайные встречи, из которых и складывается дорога.
Она ведь и правда становится собеседником: учит не спешить, замечать мелочи, быть внимательнее к миру и к себе.
Такие путешествия не заканчиваются в день возвращения: они продолжаются в разговорах, в фотографиях, которые хочется пересматривать снова и снова, в желании однажды вернуться.

А значит, и эта история — только начало.

Читайте медленно, представляйте каждую остановку, не пропускайте деталей — и, возможно, именно этот маршрут станет вашим следующим.
Ведь дорога, как известно, начинается с первого шага, а любовь к ней — с "маленькой пылинки дальних стран".
Когда вы начинаете ходить по дороге, появляется путь.
Джалаладдин Руми

Специально для Чинкве Терре,
Васильева Надежда

выбрать путешествие
с Чинкве Терре