Сердце выбрало сказку:
Вольный Дон
Тихий Дон не тих. Он величав. И кто хоть раз стоял на его берегу, тот уже не уйдёт — душой останется...
Народная казачья мудрость
Ах, Дон... Какой же ты широкий, какой раздольный. Тут не то что дышится — тут поётся. Казаки говорят: «Дон — батюшка, Волга — матушка».
И правда: в нём и сила, и удаль, и тихая грусть по степи.
Этот край не показывают — им угощают, как добрым вином из погреба. И отказываться нельзя — обидите.
У нас в гостях сегодня Ирина Михайловна Михайлова. Женщина, которая увидела в донских хуторах не туристическую картинку, а живую душу. Которая запомнила слово «балясины» через поговорку про баб да лясы, а курень искала в толковом словаре — и нашла там целый мир. В её рассказе — восторг москвички, уставшей от высоток, и душевная тоска человека, которому всегда мало. Мало дней, мало впечатлений, мало созерцаний.
Встречайте. Будет сочно, честно, тепло и сказочно...
Встречайте. Будет сочно, честно, тепло и сказочно...
Я впервые была в Ростовской области — и впечатления самые восторженные!
Первое, что бросилось в глаза: на улицах очень чисто, причём во всех городах и населённых пунктах, где мы побывали. Такое ощущение, будто перед нашим приездом специально сделали уборку. И это говорит о главном: жителям небезразлично, как и где они живут, а администрация работает на самом деле, а не только для отчётности.
Каждый день поездки становился для меня открытием. Я восхищена и хочу вернуться сюда ещё не один раз.
Первое, что бросилось в глаза: на улицах очень чисто, причём во всех городах и населённых пунктах, где мы побывали. Такое ощущение, будто перед нашим приездом специально сделали уборку. И это говорит о главном: жителям небезразлично, как и где они живут, а администрация работает на самом деле, а не только для отчётности.
Каждый день поездки становился для меня открытием. Я восхищена и хочу вернуться сюда ещё не один раз.
Очень понравилась станица Старочеркасская — уютная и ухоженная. Дома — как с картинки.
Особенно привлекли внимание балясины. Я даже не сразу запомнила это дивное слово: «бабы лясы точат» — только так и удержала в памяти. Они словно балкончики вокруг дома, и, думаю, это типично казачий элемент наружного убранства.
А слово курень — оно мне так полюбилось, что заставило заглянуть в толковый словарь. Запомнилось ещё в прошлом году, после новой постановки «Тихого Дона» режиссёра С. Урсуляка. Сериал поразил до глубины души — наверное, именно после его просмотра мне и захотелось побывать в этих краях.
В Воскресенском войсковом соборе словно время остановилось. Стоишь и чувствуешь, как дышат здесь стены, сколько всего они видели.
А ещё нас встретили по старинному обычаю — с хлебом и солью. И это не было простым ритуалом: в каждом куске чувствовалось настоящее донское гостеприимство, без пафоса, от души.
Заглянули мы и в центр «Донская казачья гвардия». Оказывается, казаки не просто воевали и землю пахали — они ещё и императоров охраняли. Семерых, представьте!
А после экскурсии нас угостили кофе... с селёдкой. Я сначала подумала: шутят. Но нет — это по-казачьи, называется «кохвий с оселедцем». Кофе сладкий, селёдка солёная, а вместе — неожиданно и очень вкусно. Сами казаки так пили. Суровые люди с необычными привычками, но в этом вся их душа — нараспашку и с хитринкой.
Из трёх ресторанов, где мы ужинали, больше всего запомнился «Общество Сытыхъ». Порции огромные и очень-очень вкусно. Сам ресторан — как путешествие во времени: интерьер XIX — начала XX века, дорогая аутентичная мебель, всё со вкусом подобрано. Нам провели экскурсию и рассказали, что ещё 15 лет назад на втором этаже этого здания были коммунальные квартиры, а на первом — салон оптики и мелкие магазинчики.
Но ростовская кухня оказалась шире одного ресторана. В другой вечер часть нашей компании открыла для себя место с необычным названием «Раки и гады». Донских раков там подают больше чем в двадцати вариантах — я и не знала, что с ними столько всего можно сделать.
А на обеде в «Крепостном валу» нас встретили чарочкой сбитня. Представьте себе: старинный медовый напиток на тридцати трёх травах, рецепт которого восстановили по архивам петровских времён. Пьёшь — и будто на сто лет назад переносишься.
Самые яркие впечатления связаны с водой. Мы отправились в Азов на скоростном катере «Валдай» — ветер в лицо, просторы вокруг, а внизу тот самый величественный Дон, о котором можно смотреть бесконечно.
В Азове нас ждал музей-заповедник имени Горбенко. Палеонтологические находки — это что-то за гранью, а коллекция «Золото кочевников» заставила замереть: уникальные украшения скифов и сарматов, найденные в курганах.
Мы прошли по старым оборонительным валам, заглянули в Пороховой погреб — там до сих пор витает военная история, суровая и настоящая.
Азов тоже понравился, но практически всё время заняли экскурсии по музеям. Думаю, их можно было сократить, а в оставшееся время просто погулять по городу, впитать его дух. Уверена, сам Азов так же прекрасен, как и его музеи.
Атлантика здесь не суровая, а ласковая, по-кошачьи игривая. Заходишь - и кажется, что окунаешься в саму теплоту ветра свободы! Он уже здесь, в лёгком солёном бризе, что треплет полотнище паруса и уносит прочь все мысли о делах насущных.
Атлантика здесь не суровая, а ласковая, по-кошачьи игривая. Заходишь - и кажется, что окунаешься в саму теплоту ветра свободы! Он уже здесь, в лёгком солёном бризе, что треплет полотнище паруса и уносит прочь все мысли о делах насущных.
Варадеро:
первая встреча с Карибами
Знаете, как я представляла себе идеальный пляж? Именно таким он и оказался в Варадеро. Не просто полоска песка у воды, а настоящее чудо: белоснежный, шелковистый песок, будто просеянный сквозь сито самой природой, и вода - не просто бирюзовая, а переливчатая, от нежно-лазоревого до глубокого изумрудного.
Атлантика здесь не суровая, а ласковая, по-кошачьи игривая. Заходишь - и кажется, что окунаешься в саму теплоту ветра свободы! Он уже здесь, в лёгком солёном бризе, что треплет полотнище паруса и уносит прочь все мысли о делах насущных.
Специально для Чинкве Терре,
Васильева Надежда
Васильева Надежда